sirin_from_shrm (sirin_from_shrm) wrote,
sirin_from_shrm
sirin_from_shrm

Categories:

«В 1974 году мне было 4 года…». Фили

В 1974 году мне было 4 года. Мама ждала сестру, которая родилась 18 июля 1974 года.

Мы с родителями жили в коммуналке на третьем этаже, в 12-тиметровой комнате на Филях. Двумя годами ранее, когда я только-только научилась говорить, мама заставила меня выучить наш домашний адрес. Видимо, боялась, что я могу потеряться. До сих пор помню его так хорошо, что от зубов отскакивает: «Улица Новозаводская, дом 2, корпус 2, квартира 33».

Наш подъезд
«Наш подъезд» на Яндекс.Фотках

В этой квартире было еще две комнаты, правда, большей площади, чем наша. Зато у нас был единственный в квартире балкон, на котором мама сушила белье, а после рождения сестры – хранила коляску.

В одной из комнат жила семья: тетя Света, дядя Володя и их дочка Галя, которая была старше меня на несколько лет и в 1974 году уже ходила в школу, кажется, в 3-ий класс. В другой - жили тетя Маша с сыном-подростком Витей. В конце 1970-х – начале 1980-х его назвали бы «трудным подростком» (кажется, именно тогда тема «переходного возраста» стала обсуждаться в статьях, посвященных воспитанию), а тогда, в 1974-м интеллигентные люди называли его «акселератом», а неинтеллигентные именовали попросту «шпаной». Несколькими годами позже он, кажется, угодил в колонию.

С 4 своих лет, кажется, с рождения младшей сестры, я могла гулять одна, без сопровождения родителей. Окно с балконом в нашей комнате выходило как раз во двор, так что я все время была на виду.
Вид со двора
«Вид со двора» на Яндекс.Фотках

У нас был двор-колодец, с трех сторон окруженный сталинскими пятиэтажками, с четвертой - гаражами. Двор был большой (или казался мне тогда большим). В этом дворе были лавочки, карусель (сейчас ее уже нет, в 2006 году ее снесли, но такую же карусель я видела в Елизово возле зоопарка) - необычная карусель, такой круг, на который встаешь ногами, и раскручиваешься, держась за стальные тросы, которые этот круг держат, - горка и песочница. Кажется, были еще качели. Чуть дальше - теннисный стол и беседка.

Наш двор
«Наш двор» на Яндекс.Фотках

Я любила играть в песочнице – в одиночку и с другими детьми. Играли и в куклы, и в солдатиков, по настроению. Однажды я нашла в песочнице чудесный игрушечный грузовичок, «полуторка» в миниатюре. Принесла домой, а родители рассердились: кто-то потерял, расстроился, будет искать… К тому же негигиенично: вдруг к машинке пристала какая-нибудь зараза? Отнесли грузовичок обратно в песочницу. Я плакала так горько, что мне пообещали купить точно такой же. В ближайшие выходные мы отправились в Дом игрушки, но, увы, точно такого же грузовичка там не было. Были другие машинки из этой же «военной» серии, но вот грузовичка не оказалось. А ведь его игровой потенциал сулил большие перспективы: в кузове можно было катать разноцветных пластмассовых человечков из «гедеэровской» настольной игры. Папа предложил мне выбрать любую другую машинку, и я выбрала зенитку с четырьмя ракетами: башня поворачивалась в разные стороны, это было интересно.

Если же вспоминать об игрушках вообще, то отчетливо помню, как не хватало кукол мужского пола – их попросту не производили в СССР, не знаю почему. Но как играть в «семью», если нет куклы, которая изображала бы «папу»? Странно, что никто из наших педагогов того времени никогда не поднимал вопрос об этой проблеме (во всяком случае, я не встречала таких публикаций). Современным детям проще: у Барби есть Кен. К счастью, у меня одна кукла-мальчик все-таки была (естественно, не советского, а немецкого производства). На мужские роли в играх приходилось назначать игрушки, которые хоть как-то для этого подходили: красного пластмассового зайца или солдатика.

Мои игрушки
«Мои игрушки» на Яндекс.Фотках

Теннисный стол во дворе мы использовали для детских игр. Была такая игра "на столе и под столом": ведущий залезает под стол, остальные прыгают по столу. Когда ведущий говорит "стоп", все должны остановиться и замереть. Ведущий вылезает из-под стола и тот, до кого он может дотянуться, не сходя с места, лезет под стол, игра продолжается... Но играли в "на столе и под столом" мы только в то время, когда не было желающих сразиться в теннис (обычно в теннис играли подростки и взрослые).

А беседка была "взрослым" местом. Там молодежь играла по вечерам на гитаре или заседали пьянчуги, отоварившись в винном отделе нашего магазина. Как правило, они не только пили, но и "забивали козла" или играли в карты, иногда - в шахматы или шашки. И никто не возмущался, это было такое неофициальное зонирование: горка, песочница и карусель - для детей, теннисный стол и беседка - для подростков, молодежи и взрослых).

Двор был огорожен невысоким железным заборчиком (с полметра примерно), хотя тогда он казался достаточно высоким, а за заборчиком по периметру росли кусты сирени и деревья. И уже за ними начиналась проезжая часть (машин было мало).

Гаражи
«Гаражи» на Яндекс.Фотках

Возле гаражей была помойка и при ней жил и работал то ли дворник, то ли старьевщик - какой-то пожилой мужчина, причем нерусский, кажется, он был по национальности татарин или грек. На помойке были всякие интересные вещи. Однажды кто-то выбросил на помойку чучело кабана. Более старшие ребята отволокли кабана на детскую площадку, и мы все по очереди его "седлали". Я слезно умоляла родителей забрать кабана в нашу 12-тиметровую комнату в коммуналке, где мы жили вчетвером. Родители отказали под предлогом, что-де в кабане, наверное, живут клопы. Мне было очень жаль, до слез... Кабана потом кто-то разломал, туловище выбросили, а его ухо еще долго валялось на снегу.

Однажды, несколькими годами позже, я нашла во дворе какие-то странные грибы. Странные - потому что я привыкла к лесным грибам, а эти - белые, круглые, ароматно пахнущие видела впервые. Родителей не было дома, я прибежала за советом к соседке по коммуналке тете Маше. "Да это же шампиньоны!" - сказала она. Я взяла полиэтиленовый пакет и набрала его полный. Вечером мама пожарила шампиньоны, было вкусно!

За гаражами были голубятни. А во двор наш с улицы был вход через арку, где всегда было прохладно и пахло не очень приятно, потому что в соседнем с нами доме был винный магазин (вход с улицы), и его посетители использовали арку для облегчения.

Арка
«Арка» на Яндекс.Фотках

А в магазине был отдел "бакалея", и там продавали кукурузные хлопья за 5 копеек в маленькой картонной коробочке. А еще там иногда продавали соленую картошку в пакетах, сейчас ее называют "чипсы". И это были лучшие лакомства моего детства, если не считать воду "Байкал" и "Саяны" или хотя бы ее эрзац - газировку из сифона с вареньем...

Осенью 1973 года меня отправили в детский сад, который располагался в том же доме 2, корпус 2 на Новозаводской улице, в соседнем подъезде. В саду мне не очень нравилось – шумно, суетно.

На прогулку нас выводили гулять на детсадовскую детскую площадку, которая располагалась с другой стороны нашего дома. Территория площадки была огорожена забором и на ней, помимо песочниц, лавочек и качелей, располагалось три «веранды», по числу групп, – для младшей, средней и старшей. Я никогда не была энтузиастом коллективных подвижных игра, которые устраивали воспитатели, предпочитала в это время уединиться под кустом сирени. Лепила из песка и земли (или из снега зимой) фигурки и представляла, что я старый художник-скульптор, сижу в своем собственном саду и разговариваю со своими творениями, вспоминаю прожитые годы, подвожу итоги. Возможно, таково было влияние сказок Андерсена, которые я очень любила.

Большим неприятным открытием стало для меня в детском саду два момента: невозможность уединиться в туалете, справлять свою нужду, как я привыкла, за закрытыми дверьми, а не в присутствии других детей и воспитателей; и послеобеденный «тихий час», когда всех нас заставляли спать. Я не помню, чтобы родители хоть раз побуждали меня к дневному сну. Видимо, как только я вышла из ясельного возраста, необходимость в этом для меня отпала. В советских же детсадах индивидуальный подход не практиковался, никто даже не думал о том, какую муку я переживала из-за необходимости проводить полтора-два часа в день прикованной к постели. Меня мучило не столько физическое бездействие, сколько невозможность себя занять интеллектуально и эмоционально, заняться творческим созиданием, в котором я всегда, сколько себя помню, испытывала огромную потребность – посмотреть книжки с картинками, склеить аппликацию, выложить мозаичный узор, разыграть с куклами какую-либо драматическую ситуацию или построить домик из кубиков.

Помню, в саду появились новые игрушки. Всеобщее восхищение вызвал зеленый пластмассовый робот на батарейках, который шагал по паркету, нелепо размахивая руками. Воспитатели сказали, что позволят поиграть с этим роботом тем из нас, кто в тихий час будет спать. Заснуть я не могла, но старалась честно выполнить поставленное условие, лежа неподвижно и имитируя сон. Видимо, я выдала себя неосторожным движением, потому что воспитатели не доверили мне робота, сказали, что видели, как я открывала глаза во время тихого часа. Это стало горьким разочарованием для меня…

Вообще-то наши воспитатели были хорошими и относились к нам очень тепло. Особенно мне запомнилась воспитательница нашей группы Валентина Ивановна, которую я однажды случайно назвала мамой, чем растрогала ее чуть ли не до слез. Видимо, пойдя навстречу моим интеллектуальным исканиям, воспитатели позволяли мне посещать любую группу на выбор: когда мне надоедало общаться со сверстниками, я легко могла попроситься поиграть со средней или старшей группой. Утром воспитательницы наперебой спрашивали меня: «В какую группу ты сегодня пойдешь?»

Маме запомнился такой эпизод. Однажды в саду нам на полдник выдали бутерброды с черной икрой, которую я категорически отказалась есть. Воспитательница (возможно, это была именно Валентина Ивановна) завернула его в салфетку и вечером отдала маме: «Может, она вечером его все-таки съест?»

В раннем детстве я очень любила куриный бульон с клецками или домашней лапшой, который готовила моя мама. Но потом почему-то резко разлюбила. Кажется, я замешкалась с едой, увлекшись какой-то книжкой. Бульон подостыл и стал невкусным. После этого я категорически отказалась его есть.

Помню еще одно неприятное переживание, связанный с куриным бульоном. По дороге с дачи в электричке сидящие рядом пассажиры обсуждали происшествие: в семье сварили куриную лапшу, и отравились все, причем дедушка и внучка – смертельно. Для ребенка четырех лет, которым я была в 1974 году, этот эпизод травматичен постольку, поскольку именно на этот период (3-5 лет) приходится первый в развитии человека экзистенциальный кризис – осознание собственной смертности. Было еще несколько переживаний, связанных с кризисом, о них я расскажу ниже.

Не могу сказать, что в еде я была особо капризной, но некоторые блюда и продукты я как отказывалась есть в раннем возрасте, так и не употребляю по сей день. Я никогда не пила кипяченого молока и не ела меда – вкус и запах этих продуктов я не переношу категорически. Долгое время я не могла заставить себя съесть кусочек дыни (видимо, ее запах напоминал мне мед), не нравились (но не до отвращения) мне оливки и маслины. Больше всего на свете я любила и люблю жареные на сливочном масле грибы (без лука, без картошки – без ничего, жареные до хрустящей корочки).

В коммуналке все семьи жили дружно. Вечерами взрослые сидели на кухне и играли в лото с деревянными фишками-бочонками или в карты. А я была предоставлена самой себе в нашей комнате, и мне было хорошо – при такой скученности, в которой я оказалась с рождения, очень рано проявилась острая потребность в уединении. Я дорожила каждой выпадающей возможностью побыть одной.

Иногда по вечерам мы ходили гулять с папой на Москва-реку (этот гидроним произносится на одном дыхании, в одно слово, с единственным ударением на слог «ква»). Я собирала камни на берегу и смотрела на подъемные краны, которые разгружали баржи.

С мамой днем мы ходили в расположенный неподалеку парк – не Филевский, а какой-то другой, я не знаю, было ли у него свое название.

Наш путь пролегал мимо Суворовского (или какого-то другого?) военного училища, где учились совсем молодые курсанты. Их построение напоминало мне картинку из «Азбуки» - мишки в военной форме стоят строем на плацу. Я так и говорила маме: «Пойдем, посмотрим, как мишки будут маршировать!» Напротив училища находилась красивая, но на тот момент выглядевшая довольно запущенной, Меньшиковская церковь.

Церковь
«Церковь» на Яндекс.Фотках

Одной стороной парк, в котором мы гуляли, примыкал к наземной территории метрополитена. В парке были детские площадки со всем необходимым, летняя эстрада и зооуголок, где в вольерах жили ослик, лиса, волк, орел и двое любимцев местной детворы – медведи Машка и Мишка.

Грустный эпизод моего детства: однажды я застала Машку в одиночестве. Оказалось, накануне какая-то девочка пыталась покормить Мишку печеньем и просунула руку через прутья клетки. Медведь откусил девочке руку, и его пришлось усыпить. Не помню, чтобы трагедия девочки вызвала у меня сочувствие: на вольере была табличка, запрещающая кормить животных и приближаться к клетке вплотную, да и родители постоянно напоминали мне об этом. Если девочка пренебрегла собственной безопасностью - «самадуравинавата». А вот Мишку мне было искренне жаль… После этого эпизода вольер с медведицей был обнесен двойной решеткой – на расстоянии от непосредственно клетки установили невысокий заборчик. Но я сама, своими глазами, неоднократно потом наблюдала, как родители переносят своих детей через забор и разрешают приближаться к клетке с Машкой.

С мамой в парке на Филях
«С мамой в парке на Филях» на Яндекс.Фотках

В этом парке мне нравилось забираться на сцену летней эстрады и давать импровизированные концерты. В репертуаре: песня с припевом «там, там-тарам, там-там-там» («Там, за горизонтом…»), песня «Друг всегда уступить готов» и песня «про шахматы». То есть это я так думала, что песня про шахматы, а на самом деле она была совсем о другом. Но дело в том, что именно в этот период родители пытались научить меня играть в шахматы и объяснили, что белые «едят» черных, а черные – белых. Ну, и о чем тогда песня, как не об этом?

Кто ошибется, кто угадает,
Разное счастье нам выпадает.
Часто простое кажется вздорным:
Черное – белым, белое – черным.

На летней эстраде
«На летней эстраде» на Яндекс.Фотках

В тот год на экраны вышел фильм «Семнадцать мгновений весны», который я полюбила с первого кадра. Мне запал в душу Вячеслав Тихонов. Его выправка, аккуратный внешний вид приятно контрастировали с несимпатичными мужскими фигурами взрослых современников, которые можно было наблюдать на «голубом экране»: в мешковатых костюмах, с нелепыми прическами, немытыми волосами… Брррр… Штирлиц стал первым мужским образом, разбудившем в моей детской душе что-то наподобие эротических переживаний.

А музыка, музыка, какая же прекрасная в этом фильме была музыка! Я готова была слушать ее бесконечно. Трансляция фильма уже несколько месяцев как закончилась, как вдруг я услышала, что за стеной у соседки тети Светы заиграла песня «Мгновения». Я потребовала от мамы включить телевизор: Штирлица показывают! Напрасно мама убеждала меня, что фильм не идет по телевизору, даже включила его (благо, канал был всего один). Ну, не было там Штирлица! Я не верила. Я была на грани истерики. Вдруг приоткрылась дверь в нашу комнату, в щели показалась рука доброй тети Светы с мини-пластинкой в желтом конверте. Мама тут же включила проигрыватель и я успокоилась под звуки любимой песни.

Еще мне очень нравилась песня про лесного оленя, но, увы, ни в нашей фонотеке, ни у соседей этой пластинки не было. Зато хорошо помню радость родителей, которые раздобыли где-то диск с песнями Высоцкого. По вечерам они слушали «Утреннюю гимнастику».

Среди пластинок у нас было много детских аудиопостановок. Частично нашу фонотеку составляли детские пластинки, которые отдала мне та же тетя Света – дочка Галя «из них» уже выросла. Любимый мой сериал – «Приключения Нулика». В игровой форме там разъяснялись азы арифметики. Проказник Нулик, которого никто ни в грош ни ставил, украл арифметические знаки и стращал важные цифры: «А вот я ваше достоинство-то уменьшу! Встану от вас с левой стороны, да как отделюсь от вас запятой!» Грозился всех превратить в нули при помощи знака умножения. Цифры скооперировались и отобрали у него знаки, особенно знак деления, который представлял для них наибольшую опасность, наподобие ядерного чемоданчика.

Еще один любимый фильм раннего детства – немецкий сериал про собаку-колли по кличке Лесси.
Однажды по телевизору показывали какой-то сюжет «из-за бугра». Я впервые увидела девушек в костюмах, стилизованных под военную униформу, в коротких плиссированных юбочках. Похожие одна на другую, они маршировали стройными рядами, высоко поднимая колени. У каждой девушки был барабан, они выбивали ритмичную дробь. Родители объяснили мне, что девушки называются «мажоретками», и что цель их выступления – ну, просто такой своего рода зрелищный ансамбль, типа танцевального.

Меня эта сцена настолько поразила и испугала до глубины души, что я ее запомнила. Будучи совсем маленьким ребенком, я не могла отрефлексировать увиденное, объяснить, что именно меня напугало. А сейчас, пожалуй, могу.

Первое – абсолютная утрата личной идентичности. Одинаковая униформа, одинаковые прически, одинаковые улыбки – создавалось впечатление, что все они – на одно лицо. Второе – абсолютная бессмысленность их деятельности. В военном строю люди тоже унифицированы, но наблюдателю понятно, что у этой группы людей есть общие цели и задачи: они не только маршируют, но, случись что, и в бой пойдут. А девушки с барабанами, при кажущемся сходстве с военными, ни на какой бой не способны, они даже не вооружены ничем, кроме барабанных палочек, и, случись что, даже за себя не смогут постоять против вооруженного противника. Да, конечно, я знала к тому возрасту, что бывают военные оркестры, которые тоже маршируют по площадям, но в таких оркестрах люди не теряют индивидуальности – у них есть различные музыкальные инструменты, каждый играет свою партию, каждый нужен и по-своему незаменим. А убери из строя одну мажоретку, «отряд не заметит потери бойца». У военных оркестров есть цель – поднимать боевой дух или создавать праздничную, торжественную атмосферу. А строй мажореток, в лучшем случае, нагонял тоску, а в худшем – как у меня в детстве, - ужас потери индивидуальности. Родители пытались меня успокоить, объясняли, что девушки в строю работают, им за это деньги платят. Но меня это нисколько не убедило и не успокоило.

Бородинская панорама
«Бородинская панорама» на Яндекс.Фотках

Иногда мы с мамой ездили гулять на Кутузовский проспект. Поклонная гора была еще горой, и зимой дети катались с нее на санках и лыжах. Возле Бородинской панорамы находилась «избушка Кутузова», которая приводила меня в восторг, я мечтала в ней обосноваться навсегда: жить в собственном частном деревянном доме было моей детской мечтой. Экспозицию панорамы я тоже запомнила навсегда. На меня произвело сильное впечатление имитация тлеющих головешек на первом плане и солдат, который бежал прямо по грядкам с капустой (как же так, ведь это чей-то огород, вот, придет хозяин, а капуста вся потоптана, он расстроится).

Тлеющие уголки
«Тлеющие уголки» на Яндекс.Фотках

Солдат топчет капусту
«Солдат топчет капусту» на Яндекс.Фотках


Неподалеку от здания панорамы была пончиковая. Радостная от осознания недавно обретенной грамотности, я прочла вывеску: «Пиончики». Мама потом долго меня дразнила «пиончиками».
Любимый магазин мой был не Детский мир. Я понимала, что Детский мир – магазин хороший, но, во-первых, от игрушечного изобилия покупателей там отделяли прилавки. К тому же в Детском мире было много лишних, ненужных и скучных отделов – одежда, обувь, всякие товары для новорожденных и т.п. Это раздражало и отвлекало, потому что сопровождающим меня взрослым почему-то обязательно надо было все эти отделы посетить, в ущерб времени, которое мы могли бы провести в игрушечных отделах.
Самый любимый магазин был Дом игрушки на Кутузовском. Это был настоящий детский магазин, магазин именно для детей, там не было скучных отделов, а игрушки лежали прямо в торговом зале на стеллажах, их можно было потрогать. Рядом с Домом игрушки, напротив через проспект располагался магазин «Русский сувенир» - тоже вполне себе ничего магазин, там было на что посмотреть. В отделе с деревянными изделиями всегда прекрасно пахло. Родители там приобрели деревянную емкость в форме широкого тубуса, в которой потом хранили кофе в зернах. А вот мне в этом магазине практически ничего не покупали… Наверное, это было слишком дорого. Только один раз у меня появилась матрешка – кажется, она была куплена именно в «Русских узорах».

Поздней весной или летом 1974 года мы с мамой случайно побывали в районе Дома игрушки. Весь тротуар заполонила огромная очередь – давали японских мягких собачек немыслимых расцветок. Конечно, мне захотелось, но ведь очередь… Мама пообещала подарить мне такую собаку на день рождения и спросила, какого цвета я хочу. Я сказала: розовую, в крайнем случае - оранжевую. В результате мне купили и торжественно подарили на день рождения именно оранжевую (то ли родителям не досталась им розовая, то ли сочли ядреный розовый цвет проявлением дурного вкуса). На ярлыке по-английски было написано «Сидящий Чарли» (мама учила английский в школе и в институте, поэтому перевела мне название собаки). У собаки были алюминиевый золотой ошейник с медалью, к ошейнику прикреплялась щетка-расческа салатового цвета. В полной мере насладиться игрой с этой удивительной собакой родители мне не давали, боялись, что я ее запачкаю. Мне позволялось только погладить и расчесать ее, а потом собака отправлялась высоко на шкаф. Зато у меня была другая любимая игрушка, подаренная ранее, – лиса Белогрудка. С ней я спала, гуляла, ездила в гости и на дачу.

Сестра родилась в июле, в том же роддоме, где когда-то родилась моя мама, а потом и я. Моя бабушка Клавдия, мамина мама, узнала в лицо акушерку, которая принимала роды у моей мамы – та же самая акушерка принимала когда-то роды у нее самой. Это был роддом № 1, бывший Грауэрмана на Калининском проспекте.

Рождение сестры поначалу произвело на меня большое впечатление, но очень скоро энтузиазм общаться с ней куда-то улетучился. Родители говорили, что родят мне сестру, которая станет мне подругой, мы будем вместе с ней играть, делиться секретами, помогать друг другу… Я себе именно так и представляла общение с сестрой. Но как, в какие игры прикажете играть четырехлетнему ребенку с грудным младенцем? Интеллектуальная разница была слишком глубока. Я очень скоро, буквально в течение одного-двух дней, потеряла интерес к сестре.

В конце лета, видимо, чтобы освободить маму от нагрузки ухаживать одновременно за двумя детьми, папа отправился со мной в Киев – навестить семью своего институтского товарища. Жили мы на Левобережье, катались на фуникулере, гуляли по Крещатику, ходили в музеи. Запомнилось, что на берегу Днепра в несметном количестве валялась разноцветная пластмассовая крошка, которую я без устали собирала. Но сколь бы богатым ни был мой улов, все казалось мало – пластмассовой крошки много не бывает!

Продолжение: «В 1974 году мне было 4 года…». Аэропорт (http://sirin-from-shrm.livejournal.com/473742.html)
«В 1974 году мне было 4 года…». Шереметьевка (http://sirin-from-shrm.livejournal.com/473997.html)
Tags: Фили, краеведение
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments